Панель управления
Панель управления
Панель управления
Размер шрифта:
 
 
 
Панель управления
Цвет сайта:
 
 
Панель управления
Изображения:
Вкл.

Официальный сайт

Администрации Нижнетуринского городского округа

27 октября 2015

"Тура нас отогрела"

 Елена приехала в Нижнюю Туру с мужем-пенсионером, парализованной матерью и младшим сыном-подростком в августе 2014 года. Приехала к сестре Татьяне Прусик, с Украины, как она сказала – "из войны". Семья Винниченко жила в Шахтерске Донецкой области. Старший сын с семьей и сейчас там проживает. Голодают, бедствуют, но выехать не могут. А вот они…

           Маленькие шахтерские города расположены вдоль большой Луганской автотрассы на расстоянии 5-7 километров друг от друга. И когда "покатилась" по трассе война, эти городки сметались бомбежками и подминались, словно почва под гигантским широкозахватным агрегатом.

            Огромный разрушительный монстр крошил крыши домов, бил оконные стекла, стены, и в воздухе долго стояла густая пыль разрывов, не успевающая осесть даже в ночные передышки между бомбежками. Дыхательные пути забивали гарь пожаров и вонь от разбомбленной птицефабрики. От Дебальцева молотила нацгвардия, от трассы – ополченцы. Это парадокс, но каждому казалось: "Ну уж сюда-то точно не придут! Не дотянутся! Не война же!" Ан, нет, как раз война.

           Военные действия продвигались все дальше, вглубь территории. Пришли и в Шахтерск.

           30 июля над городом завыла сирена. Сразу же исчезла связь – дозвониться никуда невозможно. Все ринулись в подвалы, началась паника: "Что будет дальше и что с родными, где они?"

            — Девочки, миленькие, дорогие, успокойтесь, — говорю молоденьким продавщицам, а у самой колоколом в голове: "Дома – парализованная 86-летняя мать, одна! Сын – в техникуме… или отправился домой, да по дороге что случилось?" Грохот стоит неимоверный, земля шевелится, дома шатаются. Кинулись в подвал. Кто плачет, кто молится. Наконец, наступила передышка. Мы отправились по домам. На улицах – дым, подбитые танки, догорающие останки людей – жуть разбирает, ведь это чьи-то сыновья, родные…

            А дома быстро спускаемся всей семьей (благо все собрались вместе) в подвал. И тут — снова бомбежка. Бомбы ухают, стены подвала осыпаются. Прибежали соседи: "Давайте к нам, у нас подвал каменный". Перебрались к ним, отсидели двое суток. По городскому телефону я все-таки сумела дозвониться до волонтеров. И вот в очередную передышку ополченцы, направленные к нам волонтерами, перевезли на БТРе нас за город, в поселок Садовый, в старый мамин домик, остальных – в бывший профилакторий.

             В маленькой усадебке их расположилось 13 человек – по дороге прихватили еще желающих выбраться из Шахтерска. Ничего, в тесноте да не в обиде, лишь бы не под бомбами. Но через сутки снаряды и тут достали. Оказалось, что у мамы с собой были ее "гробовые" деньги, а у сына Владика – ноутбук. На улице – 47 градусов — днем, 26 – ночью, разве будешь думать об одежде?!

             — Вот мы и решили: в чем стоим, с тем и поедем в Россию, документы с собой, лишь бы ополченцы помогли до границы добраться.

              Помогли.

              — Ребят этих запомню на всю жизнь: кто в шлепанцах, кто в кроссовках, с перевязанными кое-как ранами, на ком – военные майки, а на ком футболки спортивные и мирные "треники", но почти у каждого к АКМу прикручена скотчем граната. Спрашиваю: "Зачем?" Говорят: "А на случай плена: подорваться, но не сдаться!" С Сауловки взяли музейные танки – экспонаты еще военных времен, завели их и воюют. И еще как воюют!

               Фронт прошел через Донецк и в конце города – у аэропорта – остановился, чуть не захлебнувшись на Саул-Могиле – легендарной со времен Великой Отечественной высоте, с которой виден Азов. Но и ее с большими потерями отвоевали! И хоть зверствовали "чернорубашечники" правого сектора, расстреливая в спины новобранцев, отказывающихся стрелять в людей, и "зачищая" дома и подворья, и хоть большой перевес сил был у национальной гвардии Киева, отстояли шахтеры свой край.

                — Мы все нашего Захарченко любим, как вы Путина, а белорусы – батю Лукашенко. Он – свой, и "пятнашка" его еще пахнет порохом, умница и настоящий патриот. Народ верит ему и его однополчанам. Владику пишут одноклассники в соцсетях, говорят, что все там – от мала до велика – мечтают быть ближе к России, как Крым и Севастополь.

                Путь до Нижней Туры пролетел, словно в тумане. Не хочется ей вспоминать, как проходили блок-пост, все это хамство, грубость нацгвардейцев и полиции. Опять же мама в инвалидном кресле спасла: сопровождающие, мол.

                В голове стоял непрекращающийся гул, пугала неизвестность, не оставляло беспокойство: как пройдет устройство, как оставшиеся там родные, как фруктовый сад у дома да и сам дом – полностью уничтожен или что-то еще цело? Да и все ли живы, Господи?!

                 - После всего увиденного там, в Шахтерске, Владик замкнулся, а я почему-то стала сильно заикаться. Спать в поезде не могла совсем. И лишь на вокзале в Екатеринбурге температура в 6 градусов быстро взбодрила нас, южан. Вот она – новая жизнь, и надо ее принимать.

                  В Шахтерске Лена работала в супермаркете шеф-поваром высшей категории, занималась также дизайном фуршетных столов и рекламным карвингом овощей и фруктов (фотографии в ее телефоне и дипломы всех мастей говорят сами за себя). С самого начала военных действий она пошла в волонтеры. За ней – многие другие, в коллективе она человек уважаемый.

                 Сначала они принимали в свободное от работы время эвакуированных деток, стариков, увозили в подготовленные помещения санаториев, профилакториев (по ночам да в выходные сами же мыли, чистили эти помещения, свозили туда еду), собирали "гуманитарку", раздавали ее. Как могли, успокаивали перепуганных, растерявшихся людей. И вот сами превратились в беженцев.

                  — Холодный Урал встретил тепло и радушно, — вспоминает Лена. — Сестра, родственники, соседи – все помогли, чем смогли. В местном Управлении соцзащиты, в Центре социальной помощи семье и детям одели, обули, в администрации города поддержали материально (спасибо главе округа Л.В.Тюкиной, начальнику УСЗН Т.Н.Наумкиной, депутату Заксобрания С.М.Семеновых). Незнакомые люди приносили хорошую одежду, необходимые предметы быта, давали деньги. Обратилась к офтальмологу – продиагностировал бесплатно, как узнал, откуда я, а на лечение дал большую скидку. Мы с мужем пошли работать, Виталик продолжил учебу.

                  Нижнетуринский предприниматель В.В.Жиделев, как опытный руководитель, сразу же увидел в Елене Винниченко специалиста высокого класса. Взял поваром в кафе "Пиар", а спустя несколько месяцев отдал в ее руки бразды правления кафе "На троих" с украинской кухней. А когда случилось горе – умерла мама Лены — Жиделев помог семье с похоронами, за что Елена искренне благодарна ему и его коллективу.

                  Она и муж Владимир неплохо сейчас зарабатывают, снимают квартиру, удается даже нарочным, через Ростов, отправлять деньги на родину. Там пока нищета. Люди же не унывают, говорят: "Главное – нема войны!"

                  Шахтерск потихоньку приходит в себя, супермаркет восстановили, и хозяин супермаркета, категорически запрещавший им носить георгиевские ленточки, смотрит теперь на все лояльно. Война во многих умах и душах навела порядок, показав изнутри все стороны противостояния. А здесь, в этом русскоязычном восточном краю, работящем и надежном, как монолит, никто никогда и не делился на русских и украинцев, потому что все здесь давно смешалось и закрепилось одним большим общечеловеческим достоинством.

                    — До лета нам надо будет определиться со статусом, если останемся жить в России. Но мы решили возвращаться, говорит Лена. – Дом уцелел — там пока живут родственники, мой оазис у дома – тоже. И хоть жалко мне с Нижней Турой расставаться – полюбила я этот город всей душой, а родные стены зовут.

Одно хочу сказать: люди здесь золотые! Заикание ведь мое прошло: разговорили, отогрели.

Наталья КОЛПАКОВА.

Фото автора.

            Врезка: Согласно информации отдела УФМС по Нижнетуринскому району, по состоянию на 25.09.2015 г. на территорию Нижнетуринского городского округа прибыли 46 граждан Украины, из них – 15 детей, 44 человека получили свидетельства о предоставлении временного убежища, 15 трудоустроены через Центр занятости, 6 проходят обучение в школах и техникуме.

            Администрацией НТГО принято решение о выделении единовременной материальной помощи в размере 3 000 рублей на каждого совершеннолетнего гражданина Украины, вынужденно покинувшего территорию Украины и прибывшего на территорию Нижнетуринского городского округа. Общий размер помощи за 2014 год составил 87 000 рублей, за истекший период 2015 года – 9 000 рублей.

             Открыт счет для сбора средств и организован сбор вещей для граждан Украины. На сайте администрации размещена информация для беженцев, памятки с указанием необходимых контактных телефонов и адресов.

             Принято Постановление администрации НТГО №1699 от 08.12.2014 г. "Об обеспечении временного социально-бытового обустройства лиц, вынужденно покинувших территорию Украины, на территории НТГО", создан Пункт временного размещения беженцев на 20 мест. 

Вернуться к списку